Множество людей, как у меня, так и у Беркема, высказываются, что крестианская вера — она исконно русская, хотя бы потому, что прошло достаточно времени, как русский народ несет кем то данный ему Крест.
Некоторые чувствуют в крестианстве отклик чего то родного, и потому присоединяются к говорившим.
Но более всего, такому убеждению способствует уничтожение истории нашего народа, со всей тщательностью проведенное крестианами и их слугами.
Однако, гетеническая память нашего народа оказалась достаточно сильна, чтобы извратить крестианство, сделав его новой версией традиционной для русских Веры. Имена чужих богов заменили имена своих, но иерархия и зоны ответственности были теми же.
Потом, с учетом этого прискорбного для крестиан факта, была произведена ревизия и починка, вылившаяся в раскол и новую волну гонений. Однако нечто свое, аутентичное, осталось в крестианстве, но не в церковном, которое все же было вынуждено идти на поводу генетического зова народа, на котором поставили крест.
Это свое осталось в так называемом народном крестианстве, изобилующем традициями и с виду нелепыми обычаями, например, запретом на купание в водоемах после праздника пророка Илии — «купаться нельзя, Илья в воду нассал». О том, какое значение имеет второе августа, можно найти самостоятельно, и сравнить с «бреднями старых бабок».
Отсюда и идет отклик на родное, за тех же, у кого он идет от домов с крышами в виде холма с крестом, можно только посочувствовать.
Но речь немного не о том, а он назначении крестианства для русских.
Заповеди и моральный облик крестианина легко ищутся в соответствующих материалах, мне же довелось как читать их, так и видеть, что называется, готовый результат.
Крестианство, если сильно обобщить, требует от человека слабости, потому и популярно — быть слабым легко.
Крестианство считает грехом материальный достаток, агрессию, физическую и интеллектуальную мощь. Все, что может помешать отдавать свою жизненную силу изможденным уродцам — гидроцефалам с крашенных досок, является злом.
Богатеть честным трудом, усиливая свой Род, добиваясь его благополучия, быть сильным и умным и учить тому же своих детей, это грех. Наказывать за мешающие общему поступки, выкорчевывать сволочей и различных извращенцев, убивать врагов своего народа — это грех.
Давайте посмотрим чуть в прошлое, какой образ русского там виден нам? Крепкий, достаточно резкий мужчина с оружием, глаза которого уже определили, что ты из себя представляешь, и чего ты хочешь. Этот мужчина знает, как жить и как умирать, и самое главное, у него есть, за что.
Нынешний русский, это лубочный дедушка с балалайкой и в лаптях, улыбающийся разной мрази.
Причина этого — в крестианстве, считающего грехом все естественное, все человеческое. Превращающего все простое в сложное, нюансы которого толкует пузо с лукавой улыбочкой — маньке в платке и ваньке с тулупе и с бородой.
Отсюда все и начинается — согласившись слушать и вообще брать в голову предлагаемое отборной мразью, никак не маскирующей свою суть, кем ты будешь? Чьим то лакеем с глазками, и отбеленным очком, отзывающимся на ваше благородие, и говорящем на суржике полубичей, жрущих лягушат.
Русский, ты обижаешься, что тебя обзывают и лошат, ты снова и снова запихиваешь себе в голову какие то все более нелепые картинки, нарисованные совсем уже детсадовцами. Все в твоих руках — сегодня же, не отходя от монитора, сожми кулаки и скажи — хватит, никакой я не раб, тем более вашего гнусного бога. Хватит ли у тебя смелости протянуть руку с поддержкой в сторону своих предков? Предков, которых преследовали, убивали, судили — только за то, что они хотят быть сами собой? Которые надеются на тебя, с грустью смотря на своего потомка.
Или ее хватит только на то, чтобы судорожно закрыть это окошко, и пустой рукой тянуться к очередному пробитому уебку, учащему тебя, как жить?
